Яффа на вершине гедонизма

Автор: | Опубликовано: 7/05/13

В старинном особняке XVIII века в Яффе, где сегодня размещается музей скульптора Иланы Гур, три века назад находился первый постоялый двор для направлявшихся в Иерусалим еврейских паломников. Сегодня музей, в котором выставлены скульптуры видных еврейских и мировых скульпторов (включая работы Джакометти и Генри Мура), служит местом паломничества туристов со всего мира.

Наверное, это еще и достаточно точная аллегория самой Яффы, одного из древнейших портовых городов мира, который сегодня стал окраинным районом бурно развивающегося Тель-Авива, не потеряв при этом своего очарования и привлекательности. В этом сочетании современности и старины нет ничего искусственного: древний порт и небоскребы современного города соединяет не только тянущаяся вдоль песчаных пляжей набережная, но и общая склонность их жителей к гедонизму, которая в Яффе достигает наивысшей степени.

Два главных города Израиля, Иерусалим и Тель-Авив, – один религиозный и политический центр, другой – деловой и культурный – находятся в состоянии неизбежного соперничестве между собой, как это происходит по всему миру: Сидней и Мельбурн в Австралии, Москва и Петербург в России, Мадрид и Барселона в Испании. В случае с Израилем все, однако, гораздо сложнее. Иерусалим – столица, здесь находятся правительство и кнессет, но страны, имеющие дипломатические отношения с еврейским государством, держат посольства в Тель-Авиве. Происходит это по политическим соображениям, но дипломаты от такой ситуации явно не в проигрыше: куда приятней жить на берегу Средиземного моря в окружении несметного количества ресторанов и современных музеев.

Иерусалим – достояние мировой истории, возраст Тель-Авива едва перевалил за сотню лет. Однако древний пригород Яффа излечивает Тель-Авив от комплекса «исторической» неполноценности. В конце концов, согласно одной из легенд, Ной построил свой ковчег именно в Яффе. Собственно одна из версий происхождения названия города выводит его от имени сына Ноя, Яфета (по другой версии название идет от слова “яфа”, что на иврите означает “красивая”). В соответствии с легендой главная улица Яффы поныне носит имя Яфета.

Из порта Яффы отплыл пророк Иона в тщетной попытке бежать от бога. Но налетела буря, и Иону проглотил кит, который через три дня выплюнул пророка на берег, с которого тот пытался бежать.

В античную эпоху и в Средние века порт Яффы служил перевалочным пунктом на перекрестке морских и торговых путей между Востоком и Западом. Он также считался морскими воротами Иерусалима; ливанский кедр на строительство Первого Иерусалимского Храма завозили через Яффу. От египетских фараонов до Александра Македонского, от Клеопатры до иудейского царя Ирода Великого, от арабов до крестоносцев, от монголов до наполеоновских войск, – все оставили в Яффе свой след: кто – создавая новые крепости и храмы, кто – разрушая их, как султан мамлюков Бейбарс, который не только вырезал население Яффы, но и уничтожил сам город.

Когда подходишь к подножию холма, на котором слой за слоем создавалась история человечества, в голову лезут не столько исторические аналогии, сколько, не скрою, мысли о суетном. О том, что в последние годы Яффа стал центром самых современных гастрономических, художественных тенденций, которые, в свою очередь, так же органично вписались в ритм жизни Тель-Авива, как толпы израильских яппи и иностранных любителей старины на его улицах. Эта многоликая толпа перемещается по кривым уличкам старого города, мимо лавок с персидскими коврами ручной работы и магазинами дешевых безделушек, туристическими тавернами палестинцев и дорогими ресторанами самых модных израильских поваров, салонами итальянской дизайнерской одежды и блошиными рынками.

Мы отправились в Яффу сразу же по прилете в Тель-Авив. После сидения в самолете было приятно пройтись пешком по набережной, вдыхая полной грудью соленый воздух и наблюдая за тем, как серфингисты в гидрокостюмах, поймав невысокую волну, несутся к берегу. Контуры Яффы на холме постепенно приближались: неспешный путь занял около получаса. Мы шли в старый порт, где собирались поужинать в одном из многочисленных заведений, которые на пирсе собраны в огромном развлекательном комплексе.

Там, где когда-то стояли склады, хранившие товары со всего света, сегодня израильтяне и приезжие со всего света заполняют дизайнерские рыбные рестораны. Надо заметить, что лучшего места для занятия чревоугодничеством не найти. В евангельские времена в Яффе останавливался апостол Петр, который в доме Симона-кожевника увидел чудесный сон. Привиделась св.Петру скатерть-самобранка, полная запретных для евреев яств. В определенном смысле сон оказался в руку. Сегодня многие заведения в Яффе принадлежат палестинцам, и в них действительно можно найти морепродукты, которые запрещены в кошерных ресторанах Тель-Авива.

Развлекательный комплекс в старом порту создали два молодых израильских архитектора, учившиеся в Лондоне. Это лофт, под крышей которого разместились небольшой овощной рынок, несколько сувенирных и книжных магазинов и собственно рестораны и бары на все вкусы.

Мы соблазнились возможностью посидеть у воды и отведать израильское мезе с жареными во фритюре кальмарами в придачу. Буквально в нескольких метрах от столиков покачивались мачты прогулочных яхт и рыбацких лодок, а за ними в Средиземное море падало красное солнце. Заведение явно не претендовало на изысканный вкус, но кальмары были очень свежими, а мезе разнообразным и обильным. С библейских времен киты в прибрежных водах перевелись, но рыбу помельче в рестораны Яффы ежедневно поставляют местные рыбаки.

Внутри комплекса помещаются рестораны, рассчитанные на более взыскательный вкус. Когда через пару дней, в воскресенье, мы вернулись в старый порт в надежде поесть в заведении известного израильского шеф-повара Эяла Лави, нас поджидал неприятный сюрприз: ресторан был закрыт. Воскресенье в Израиле – будний день, но нам бы следовало догадаться, что накануне был шабат, рыбаки в море не выходили, а стало быть, и рыбному ресторану незачем открываться.

Вместо рыбных деликатесов, мы отправились есть шаурму в палестинскую таверну. С момента прилета в Тель-Авив меня разбирало любопытство попробовать местную шаурму, о которой я еще в Москве наслушалась много восторженных отзывов. Однако тут меня поджидало второе разочарование за этот вечер. Заведение, расположенное под отреставрированными сводами того, что когда-то, по-видимому, представляло собой крепостную стену, оказалось типичной туристической ловушкой, шаурма была сухой и невыразительной, а официанты так торопились, что выхватывали со стола тарелки с недоеденной едой.

Но и эта маленькая неудача нисколько не испортила настроения. Выйдя в теплую ночь, мы медленно шли к остановке такси в желтом свете фонарей. С холма была видна, как на ладони, набережная Тель-Авива: желтая река огней от фар в одну сторону, красная – в другую; огни небоскребов пляшут в темной воде залива. И вскоре мы уже сами влились в эту реку огней, оставив позади себя холм, на котором за последние три тысячи лет разыгрывалось такое количество драм и страстей, какого хватило бы целому континенту.

Яффа на вершине гедонизма
Поставьте оценку

Фотографии

Рубрики

Серия статей: Израиль, 04/2013

Следущая статья:
Предыдущая статья:

Понравилась статья?

Получайте анонсы новых материалов прямо на ваш почтовый ящик.
Уже более 1000 подписчиков!
 
*Адреса электронной почты не разглашаются и не предоставляются третьим лицам для коммерческого или некоммерческого использования.

Комментариев нет

Ваш комментарий будет первым!

Добавить комментарий